Тёмный Переулок

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тёмный Переулок » "Переулки Закулисья" » Пять дней из жизни Тонкс||джен, гет, романтика||PG||НТ/РЛ||миди


Пять дней из жизни Тонкс||джен, гет, романтика||PG||НТ/РЛ||миди

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Название: Пять дней из жизни Тонкс
Автор: Участник №14
Бета: анонимны до объявления результатов
Дисклеймер: от героев и названий Роулинг отказываюсь.
Рейтинг: PG
Пейринг: НТ/РЛ
Жанр: джен, гет, романтика, повседневность
Описание: В истории любого персонажа есть множество «белых пятен»… 
От автора: на вызов «Переулков Закулисья» по фразе-заданию «Тонкс носила в детстве розовые носки».
Предупреждения: нет
Статус: завершен

Проголосовать, обсудить

0

2

Глава 1.

- Нимфадора! Дверь!
- Я не Нимфадора, мама!.. – разъяренно прошипела Тонкс, возвращаясь по садовой дорожке к выходу из дома, чтобы захлопнуть за собой дверь.

Этот учебный год, хоть и был последним в школьной жизни Тонкс, начался ничем не лучше предыдущих. Ее мать, Андромеда, решила провести первое сентября дома, так как, согласно обожаемой ей нумерологии, сегодня для людей ее даты рождения не рекомендовалось покидать свою комнату. Тонкс злилась, потому что у матери обычно находилась тысяча причин не ездить на платформу 9 и ¾ в день отправления Хогвартс-экспресса и не провожать дочь в школу. Конечно, девушка понимала, в чем суть проблемы: Андромеда страшно не любила встречаться с кем-либо из бывшей семьи Блэков. И напрасно Тонкс объясняла ей, что, кроме нее самой, в Хогвартсе сейчас не учится ни один Блэк: сын тети Нарциссы, Драко, должен был поступить только в следующем году, у Беллактрикс Лестрандж, Сириуса и Регулуса Блэков потомства не имелось (к тому же двое из них сидели в Азкабане, один был мертв), а вероятность встретиться на вокзале с дедушкой Кигнусом и бабушкой Друэллой равнялась минус бесконечности, – но тщетно! Андромеда была непреклонна.

Тонкс перекинула через плечо сумку, подхватила метлу и двинулась в сторону дома Вудов, живших неподалеку. Уже четвертый год они милосердно забирали девушку порталом на вокзал Кингс-Кросс. Их сын Оливер учился на три курса младше Тонкс на факультете Гриффиндор и был вполне неплохим парнем, к тому же подавал большие надежды в квиддиче:  Тонкс подозревала, что со своей метлой он не расстается ни днем, ни ночью.

Когда девушка подошла к калитке участка Вудов, Оливер с родителями уже были готовы к отправлению.

- Эй, Тонкс! Новая метла? – встрепенулся Оливер, пожирая глазами отполированное древко.

- Здравствуйте, мистер и миссис Вуд! Привет, Оливер. Нет, метла не новая, просто на досуге решила отмыть ее, наконец, после того, как на третьем курсе свалилась на тренировке в грязь… - объяснила Тонкс. – Все-таки последний год в Хогвартсе, нужно держать марку.

Родители Вуда снисходительно переглянулись, а Оливер с неописуемым ужасом взирал на безответственную особу, так кощунственно обращающуюся с метлами.

- Ну что ж, все в сборе, всем приготовиться, - произнес мистер Вуд, протягивая вперед какую-то розовую тряпку, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся носком.

«Как мило! Мой любимый цвет!» - подумала Тонкс, с удовольствием делая волосы нежно-розовыми и длинными. Она покрепче перехватила метлу и взялась за портал. Оливер и миссис Вуд не замедлили сделать то же самое – и вот, спустя несколько секунд головокружительного полета в никуда, все четверо стояли на запасной платформе вокзала Кингс-Кросс, куда обычно переправлялись все портальные путешественники, чтобы попасть на Хогвартс-экспресс.

За десять минут Вуды и Тонкс преодолели путь по маггловской части вокзала и прошли барьер, отделявший от внешнего мира платформу 9 и ¾.  Там их пути расходились: Вуд остался с родителями, а Тонкс сразу побежала искать подруг – Стеллу Беннет и Грейс Хуч. Стелла еще в прошлом году была назначена старостой Хаффлпаффа и, как человек гиперответственный и горячий, выполняла свои обязанности с полной самоотдачей. Тонкс определила ее местонахождение по звонкому голосу, летящему над платформой:

- Первокурсники, рассаживайтесь на свободные места в вагонах! Поезд скоро отправится! Не забывайте свои вещи и совиные клетки! Эй, мальчик, у тебя шнурки развязались, завяжи, а то упадешь! Ребята, побыстрее проходим!.. Девочка в красном, не нужно так расстраиваться, увидишься с мамой и папой на Рождественских каникулах!..

- Стеллз, перестань, - улыбнулась энтузиазму подруги Тонкс, хватая ее под локоть и уводя в вагон – подальше от новичков. Стелла трясла мелкими светлыми кудряшками, обиженно хлопала длинными ресницами и пыталась протестовать: видимо, считала, что без ее мудрого руководства оставленные на перроне первокурсники не попадут Хогвартс.

- Расслабься, мы еще даже не отъехали, а ты уже вся в делах. В школе тебя днем с огнем не поймаешь, чтобы поболтать, так ты решила теперь прямо на вокзале начать трудовые будни? Наслаждайся последними минутами каникул! – Тонкс остановилась в проходе вагона и радостно раскинула руки, попутно уронив метлу и врезав кому-то выходящему из купе по физиономии.

- Тонкс, ну, ты как всегда… - взвыл выходящий. Им оказался хаффлпаффец Людовик Смит, однокурсник девушек. Парень держался за глаз, вторым в притворном гневе сверля метаморфиню, которая мгновенно поменяла цвет волос на виновато-фиолетовый.

- Ой… Привет! Люк, прости… Я случайно!

- Да уж понятно, что не нарочно! – съязвил Людовик, расплываясь в довольной улыбке – девушка ему нравилась, и он это не скрывал. – А куда это вы направляетесь?

- Ищем местечко, где можно переждать до отправления поезда, - успела сказать Тонкс до того, как Стелла прервала ее гневной тирадой:

- Понимаешь, Люк, я помогала новичкам на платформе заходить в вагоны, а эта ненормальная!..

- Зачем им помогать-то? Пусть с первых минут обучения испьют до дна чашу самостоятельности! – назидательно поднял вверх палец парень, толкая плечом дверь купе в сторону. – А вот вам не мешало бы уже занять места, пока толпы активных первокурсников не смели все со своего пути, - и он протянул руки в приглашающем жесте.

- У меня, вообще-то, вагон для старост, - хмыкнула Стелла, проходя, впрочем, в купе. – Но так и быть, присмотрю за Тонкс, чтобы она не убила кого-нибудь до приезда в Хогвартс.

- А по приезде можно? – с сомнением спросила ее подруга, поднимая свою метлу с пола и тоже присаживаясь на сидение.

- По приезде я сдам тебя на поруки Грейс… Кстати, а где она? – Стелла прилипла носом к стеклу, высматривая на перроне старосту женского общежития Райвенкло.

- Милуется с Заком, наверно… - хихикнул Люк.

- ЧТО-О? – пораженно в унисон протянули подруги.

- А вы не знали? – Люк изобразил искреннее удивление и приготовился в красках описать любовные авантюры надменной и холодной Грейс Хуч, как дверь в купе опять скользнула в сторону, и на пороге появилась именно та заплаканная девочка в красной кофте, которую пыталась утешить Стелла в момент, когда подруга затащила ее в поезд.

Девочка робко посмотрела на семикурсников-хаффлпаффцев и приготовилась было уйти, как вдруг Стелла подскочила на месте и почти силой усадила ребенка рядом с собой.

- Привет! Мы виделись на платформе, помнишь? Меня зовут Стелла!

Девочка всхлипнула и не ответила.

- Я староста факультета Хаффлпафф, куда попадают верные сердцем! Символ нашего факультета – барсук – благороднейшее животное…

Люк и Тонкс, переглянувшись, закатили глаза: если Стелла начинала рекламу факультета, можно было смело на четверть часа отключаться и заниматься своими делами.

Девочка-новичок слушала Стеллу молча, но видно было, что она едва сдерживает слезы. Люк толкнул Тонкс локтем в бок и тихо сказал:

- Слышь, надо девчушку чем-то развеселить, а то Стеллз не успокоится и всю дорогу будет вещать на тему «Как-нам-всем-повезло-что-наш-факультет-Хафф».

- Твои предложения? – поинтересовалась Тонкс, меняя тон волос на задорный рыжий.

- Позовем близнецов Уизли? – сразу среагировал Люк, восприняв новый цвет как подсказку.

- Нет, у меня будет приступ, если здесь появятся Фред и Джордж, - хмыкнула Тонкс.  – Я не сомневаюсь, конечно, что за лето они изобрели еще пару способов доводить окружающих до белого каления, но все же пусть эти мелкие гриффиндорцы самостоятельно развлекаются.

Поезд почти неощутимо дернулся, и перрон в окне поехал назад. Девочка шмыгнула носом и опустила голову так низко, что волосы скрыли ее лицо от старшекурсников. Стелла страдальчески вздохнула и предприняла еще одну попытку разговорить первогодку:

- Как тебя зовут, дорогая?

- Рикки… - спустя несколько секунд проговорила девочка со всхлипом.

- …Тикки-Тави, - вдруг влез Людовик. Тонкс и Стелла непонимающе посмотрели на парня.

- Что, сказку не читали такую? Рикки-Тикки-Тави! Про мангуста! И про то, как он победил!..

- Люк, давай ты ее расскажешь потом, – перебивая, махнула рукой Стелла. – Рикки, а фамилия?

- Рикки Майлз… - добавила девочка, размазывая слезы по лицу рукавом кофты.

- Рикки, не надо плакать! – снова начала уговаривать Стелла. – Мы же едем в Хогвартс!..

-… а не в Азкабан… - закончил Смит со смешком.

Тонкс вздохнула и сокрушенно покачала головой – порой шутки парня не отличались особой тактичностью.

- Люк! Можешь не мешать, да?! – Стелла грозно нахмурилась, взглянув на однокурсника, и тут же сменила выражение лица на ласково-материнское, когда повернулась снова к девочке. - Знаешь, там, в Хогвартсе, хорошо, интересно! Научишься всяким полезным вещам…

- ...Как разлить по бутылкам славу, сварить доблесть и даже закупорить сме-е-е-ерть! – парень разошелся: в ход пошло цитирование любимого преподавателя.

- Эй, кто-нибудь, вызовите скорую целительскую помощь! Этому мальчику сейчас потребуется госпитализация, - произнесла Тонкс скучающим тоном.

Первокурсница испуганно переводила взгляд с взбешенной Стеллы на веселящегося Люка и обратно, а потом, окончательно обалдевшая, уткнулась носом в пол и, как ни старалась Стелла, до приезда тележки со сладостями не произнесла ни слова. При виде вкусностей девочка немного оживилась и даже шепотом заказала себе пару шоколадных лягушек, которых Стелла радостно ей вручила, словно они были медалями. Но более разговорчивой первокурсница от этого не стала. Весь оставшийся отрезок пути Тонкс и Люк все-таки были вынуждены провести под проникновенный рассказ хаффлпаффской старосты о том, на каком прекрасном факультете им посчастливилось учиться и как Стелла надеется, что девочка-новичок попадет на него же.

- По-моему, на твою подругу наложили Патриотическое заклинание… - шепнул Люк на ухо Тонкс, слушая излияния Стеллы.

- Никогда о таком не слышала! – заинтересовалась Тонкс. – Как оно действует?

- Ты не знаешь? – пораженно воскликнул парень. – Жертва этого заклятия всюду развешивает флаги Хаффлпаффа, не расстается с гербом любимого факультета ни на секунду (подозреваю, что у нее на теле даже есть татуировка в виде барсука!), агитирует поступать на Хафф всех окружающих, включая магглов, а самое главное!..

- Людовик Смит! – воскликнула Тонкс, перебивая. – Ты мне вешаешь на уши жабросли! Стелла никогда бы не сделала себе татуировку с барсуком!

- Какую татуировку? – подруга услышала, что речь идет о ней и отвлеклась от беседы с девочкой.

- Да вообще никакую! – продолжила мысль Тонкс. – Ты нахально врешь, Люк! И вообще!.. Не бывает Патриотического заклинания!

Обличительная речь не возымела силы: парень загибался от смеха. Волосы Тонкс возмущенно побагровели, а брови угрожающе срослись на переносице, причем – в буквальном смысле.

- Тонкс, не делай так, мне еще смешнее становится! Твое очаровательное лицо!.. – новый приступ хохота свалил Люка на сидение.

- Эй, Люк… - предупреждающе начала Стелла, видя, что надвигается буря, но ее подруга уже встала с сидения и резким движением открыла дверь купе.

- Знаешь, Смит! Ты можешь подшучивать над девчачьей доверчивостью, но никогда – НИКОГДА, слышишь? – не смей ржать над моими способностями метаморфа! – с этими словами Тонкс гневно вышла в коридор и с силой задвинула дверь на место.

Первое сентября никогда не бывало для нее приятным.

Глава 2.

Первое сентября никогда не бывало приятным. Но в этом учебном году традиции было суждено нарушиться. Начало второго курса обучения в Школе авроров было ознаменовано получением Нимфадорой Тонкс официального приглашения на работу в Министерство после окончания учебного заведения.

«Грозный Глаз…» - удовлетворенно вздохнула Тонкс, глядя на копию корявой рукописи рекомендации, приложенной к министерскому письму. Приглашение означало, что успехи девушки в Школе не остались незамеченными. «Мама в осадок выпадет, когда узнает!» - подумала Тонкс и спрятала письмо в конверт, убирая его в ридикюль от налетевшего порыва ветра.

Девушка стояла на углу Роззингс-стрит и Дрим-сквер и ждала автобус – обычный, маггловский, который должен был доставить ее к точке перемещения в окрестности Школы авроров. Директорат весь прошлый учебный год настаивал на длительном пути и смене способов попадания в зону доступа. Тонкс всегда прибавляла к стандартным пересадкам и выбору обходных дорог изменение внешности – то она прибывала в Школу согбенной старушкой, то расфуфыренной леди, а то спортсменкой или уборщицей улиц. Аластор Грюм хвалил ученицу за усердие, а однокурсники завидовали белой завистью: зачет по предмету «Способы укрытия и маскировки» у Тонкс стоял автоматом.

Наконец подошел автобус. Девушка быстренько взлетела по ступенькам, чтобы не задерживать водителя, но не рассчитала свои нынешние габариты и по пути задела немолодого пассажира, из кармана куртки которого тут же вывалились связка ключей и визитница.

- Эй, миссис! – возмущенно окликнул он уже прошедшую дальше Тонкс. Та сначала удивилась обращению, но вовремя вспомнила, что сегодня она идет в Школу полноватой негритянкой в возрасте.

- Ох, извиняюсь! – обернувшись, проскрипела она и бросилась поднимать с пола автобуса ключи. Разумеется, она сразу же столкнулась при этом головой с уже потерпевшим от нее пассажиром, наклонившимся за упавшими вещами. Зашипев, тот схватился за макушку и неприязненно уставился на ходячую неприятность.

- Прошу прощения, сэр… - промямлила девушка и поспешила ретироваться в конец автобуса.

По предмету «Подкрадывание и выслеживание» у нее было сильно натянутое «Средне». Вечная неуклюжесть девушки играла с ней на уроках злую шутку. Впрочем, Кингсли Шеклболт, который вел занятия, философски-спокойно смотрел на постоянно сшибающую вещи, натыкающуюся на косяки и разбивающую посуду ученицу. Мудрый аврор считал, что хотя Тонкс и слаба в подкрадывании, но сильна в маскировке, и это вполне способно спасти ей жизнь при случае.

На экзамене за первый курс девушка опростоволосилась, не заметив поребрик тротуара и растянувшись на асфальте прямо позади выслеживаемого «Пожирателя», но, пока он оборачивался на шум, успела метаморфировать в десятилетнюю девочку и закатить весьма громкий рев на всю улицу. Пока «Пожиратель» разглядывал непонятно откуда взявшегося ребенка и крутил головой, осматривая окрестности на предмет ее родителей, Тонкс вцепилась в его костюм и, рыдая, без малейшего применения магии вытащила из кармана мужчины палочку. Экзаменуемая получила оценку «Отлично!» и была переведена на второй курс. Грюм тогда в свойственной ему мрачной манере пошутил, что девушку с руками оторвут в любой театральной труппе – наряду с высокими актерскими данными у нее имелась возможность играть роли обоих полов и всех возрастов. Тонкс ответила, что Министерство магии и Национальный Лондонский театр – в принципе, синонимы, за что схлопотала выговор от куратора. Но так как выговор был единственным за весь год, Тонкс это не сильно расстроило.

Автобус подошел к станции метро «Норсвуд Хиллз», где Тонкс планировала сделать следующую пересадку. Постаравшись хотя бы на выходе из салона никого не задеть, Тонкс не заметила, что автобусная дверь открылась прямо напротив растущего у обочины дерева и поприветствовала людей, стоящих на остановке, громким «Айя!!!», благополучно припечатавшись к стволу. «Тонкс, когда ты уже будешь под ноги смотреть?! - голосом матери спросила она у себя самой, потирая щеку. – Еще не хватало тебе искусственного глаза, как у Грюма…»

Люди с остановки смотрели на девушку кто снисходительно, кто неприязненно, но ни один не поинтересовался, все ли с ней в порядке. «Похоже, магглы без всякой магии начинают превращаться в деревья, - мрачно подумала Тонкс, спускаясь в метро.  – Скоро маггловедение объединят с травологией: всем друг на друга наплевать…»

Пребывая в расстроенных чувствах и протискиваясь в переполненный поезд, девушка пожалела, что выбрала для сегодняшнего перемещения неподходящий образ, и решила, что впредь для утренних путешествий будет воплощаться в худеньких юрких подростков. Наступив за время поездки на ноги трем или четырем людям, Тонкс сочла, что уже превысила сегодня дневную норму неуклюжести и решила взять себя в руки. «Думай о письме, думай о письме! – взывала она к разуму. – Ты будешь работать в Министерстве, в отделе аврората! Сбудется мечта всей жизни!» Мысли о будущем помогли сосредоточиться, и к выходу со станции настроение Тонкс вновь было боевым, а урон, понесенный обществом от ее присутствия, - минимальным.

В толпе туристов, идущих в сторону Букингемского дворца, Тонкс приметила Кингсли. Он был не только ее преподавателем, но и старшим другом, уравновешенным, спокойным, всегда готовым выслушать и дать совет. Девушка ускорила шаг и оказалась сбоку от мужчины, незаметная в новом облике.

- Сэ-эр, - протянула она, привлекая его внимание.

- Да, мэм? – вопросительно глянул на нее с высоты двух метров Кингсли. Он шел, не торопясь, и почему-то прихрамывал.

- Как думаете, будет дождь сегодня? – копируя американский английский, громко поинтересовалась метаморфиня, глядя в небо.

- Я не гадалка, мэм, понятия не имею, - сухо произнес Кингсли.

- А какая программа у нас дальше, не знаете?

Мужчина пожал плечами:

- Полагаю, на этот вопрос лучше ответит экскурсовод, а не я.

- А вы разве не из нашей группы? – подозрительно подняла одну бровь Тонкс.

- Какие странные выводы: вы же тоже не знаете программу, - невозмутимо парировал Кингсли.

- А я просто плохо слышу, прожила возле аэропорта всю жизнь, - махнула рукой девушка. Слово «аэропорт» было ее любимым маггловским словом, она выучила его еще в Хогвартсе на уроках маггловедения.

Кингсли пожал плечами и вдруг усмехнулся:

- Тонкс, я мог простить тебе розовые носки, которые ты сегодня надела ни к селу, ни к городу, но «аэропорт» выдает тебя с головой…

- Как это - ни к селу, ни к городу? – возмутилась Тонкс. – Вот придем в Школу, я себе соображу розовые волосы, и будет все гармонично!

- Молодец, девочка. Только поверь, пожилая негритянка в таких ярких носках смотрится странно. Теряешь навыки маскировки…

- Я не специалист по маггловской моде! – сконфуженно оправдывалась Тонкс. – Мне показалось, розовый нормально выглядит на шоколадном! Кстати, как вам оттенок кожи?..

- Очень мило, Тонкс, что ты спросила об этом именно у меня… - хмыкнул негр. – Видимо, считаешь знатоком. Я должен быть польщен, наверно?

Тонкс, окончательно смущенная, лепетала извинения всю дорогу до портала. Сегодня перемещаться требовалось с помощью пустых банок из-под кока-колы, стоявших в ряд высоко на выступе стены одного из зданий. Кингсли жестом прервал словесные излияния девушки, подмигнул ей, невербально призвал портал и исчез. Тонкс, пробурчав «Подумаешь…», достала палочку и спустя несколько секунд стояла в зале аппарации и портальных путешествий Школы авроров.

Девушка поспешила сойти с приемной платформы, увидела удаляющуюся фигуру Кингсли, быстренько сменила внешность и заодно цвет волос, трансфигурировала ридикюль в рюкзак и побежала следом за преподавателем.

- Кингсли! Кингсли, погодите! – она догнала мужчину и пошла рядом с ним. – Слушайте, Кингсли, только про носки Грозному Глазу не говорите, ладно?

- Я подумаю, - невозмутимо ответил маг. – Тонкс, почему ты обычно так близко к сердцу критику принимаешь?

- А как же! «Постоянная бдительность!» - процитировала Тонкс Грюма и вздохнула. – Я не могу подвести его, Грозный Глаз в меня верит.

Кингсли остановился и внимательно посмотрел на девушку, словно изучая ее.

- Тонкс… Он не перестанет верить в тебя из-за одной незначительной неточности в маскировке. Я же не разочаровываюсь в тебе, когда ты раз за разом выдаешь свое местонахождение на всех «слепых» тренировках.

- Ну, Кингсли… Я же стараюсь, - в расстройстве опустила голову Тонкс.

- Вот за старания-то мы тебя и уважаем, девочка, - проговорил мужчина, вытаскивая палочку из кармана. Тонкс вгляделась в нее, узнавая надпись из рун вдоль всего древка, и пораженно перевела взгляд на лицо мужчины.

- Сэ-э-эр?

- Дезимажморфиус! – взмахнул палочкой маг, и через секунду дым иллюзии рассеялся: Кингсли превратился в невысокого плотного мужчину с искусственным глазом и протезом вместо ноги.

Тонкс с восхищением пожирала глазами учителя.

- Грозный Глаз, вы неподражаемы! Я ни на минуту не усомнилась!

- Ха! – ухмыляясь, удовлетворенно рявкнул Грюм.  – Слишком ты доверчива, Тонкс! Бдительности тебе не хватает, ясно?

- Ясно, сэр! – отрапортовала девушка, улыбаясь.

День начинался весьма мило…

Глава 3.

День начался весьма мило: с совой пришло уведомление, что Люк и Стелла не приедут. Друзья предложили справить окончание учебы Тонкс где-нибудь в другом месте, а не в «сумасшедшем доме, где каждого подозревают во всех смертных грехах, обыскивают на трех кордонах перед входом и заставляют выпить несколько капель Веритасерума для обязательного допроса».

Тонкс недовольно вздохнула, но вспомнила, что практически у всех выпускников приглашенные ими лица отказывались приезжать на бал, когда узнавали, через что им придется пройти, чтобы попасть в секретную Школу авроров. Лишь невеста Деррека Перегрина, Линдси Джонсон, бывшая соседка Тонкс по комнате в Хогвартсе, согласилась участвовать в празднике. Влюбленное сердце, что тут говорить.

- Ну? Они будут? – поинтересовалась причесывающаяся перед зеркалом Грейс Хуч.

Тонкс сокрушенно покачала головой.

- И Заккари тоже отказался. Я весьма зла на него, - флегматично заявила ее подруга.

- Досадно… Наши друзья-хаффлпаффцы… - сетовала Тонкс, присаживаясь на кровать. – Верные сердцем…

- Ну, дорогая, чтобы принять участие в аврорском балу, нужно быть по меньшей мере безрассудным «гриффом».

- Да уж… Близнецы Уизли, несомненно, пришли бы, - рассмеялась наконец Тонкс.

- Точно, - усмехнулась Грейс. – А также не забывай про юного Гарри Поттера с компанией. Говорят, он – новая гриффиндорская знаменитость.

- Это тебе тетка рассказывала?

- А кто же еще? Он – ее любимчик – отлично держится на метле. Играет в квиддич с первого курса. А в этом году именно Поттер со товарищи умудрился поспособствовать поимке Сириуса Блэка… - тут Грейс осеклась. - Ой, Тонкс, прости, я забыла, он же твой…

- Не волнуйся, - философски закатила глаза девушка. – Все равно он опять сбежал, так что я не сильно переживаю.

- Ты, правда, не веришь в то, что он виновен? – с несвойственным для нее любопытством поинтересовалась Грейс, глядя на отражение Тонкс в зеркале.

- Сириус – горячий и несдержанный человек, насколько я знаю по рассказам мамы, но на предательство друзей он не способен точно!.. – Тонкс решительно махнула отросшими до локтей темными волосами. – Знаешь, они так трогательно дружили: Сириус, Джеймс, Ремус и… как там его… четвертого не помню… Они даже были моими детскими кумирами. Однажды великолепная четверка завалилась к нам домой на следующий день после Рождества.  Мне было лет пять или шесть, но я так хорошо помню этот вечер, просто удивительно… Лучшее Рождество в моей жизни, пожалуй. Всегда потом мечтала о таких друзьях. Помню, даже сказки про их приключения сочиняла. Смешно, правда? - Тонкс откинулась на подушку и заложила руки за голову.

- Мы со Стеллой тебя, значит, не устраиваем? – снисходительно усмехнулась Грейс.

- Не играй моими словами! – воскликнула Тонкс. – Это другое. Просто я разделяю понятия мужской и женской дружбы – они не равнозначны. Мальчишки общаются между собой совсем не так, как мы. Эх, хотела бы я родиться парнем… Может, тогда мама дала бы мне нормальное имя…

- Например, Февруарий, - прыснула Грейс, не удержавшись. Тонкс тоже расхохоталась, волосы ее переливались сине-зеленым.

- Февруария можно хотя бы сократить до Феба!

- А Нимфадору – до Нимфы!

- Грейс, прощайся с жизнью! Отдел Тайн сейчас лишится своего будущего служащего!

- А Отдел аврората мог бы уже перестать хихикать и начать одеваться. Бал – через два часа, а мы еще даже не нашли зал, где он будет проходить.

- Грейс, тебе же выдали карту индивидуального пути. Просто следуй инструкциям, - подмигнула подруге Тонкс, поднимаясь с кровати.

- Когда нам в последний раз ее выдавали, меня чуть не прикончила парочка лесных троллей! – недовольно протянула Грейс, закрепляя прическу заклинанием.

- Не прикончила же. А у меня от гадких хлюпнявок до сих пор шрам на ноге остался, - похвасталась Тонкс, задирая пижамные брюки на лодыжке.

- Тонкс, когда ты, наконец, из детства выпадешь… - вздохнула Грейс, глядя на ее ногу. – Твои розовые носки преследуют меня уже десять лет. Умоляю, хотя бы на выпускной не надевай их, ладно?

Тонкс пожала плечами и стащила носки, бросив их на середину кровати.

- А что такого, если они мне нравится? Вот если бы это были одни и те же носки на протяжении десяти лет, то я бы еще согласилась с твоими претензиями, а так…

Грейс покачала головой, словно говоря «Безнадежна…» и вернулась к наведению марафета.

***

Директорат Школы авроров превзошел себя по части маскировки бала. Мало того, что они устроили его в Большом зале Хогвартса, так еще и в полдень, завесив окна плотными шторами из темно-синего бархата и зачаровав потолок под звездное небо. Тонкс и Грейс, почти одновременно добравшиеся до места проведения торжества, остолбенели на пороге, залюбовавшись убранством зала. Там властвовали синева и хрусталь, словно в годовых соревнованиях факультетов победил Райвенкло, как в год окончания подругами Хогвартса. Девушки переглянулись, улыбнувшись друг другу и воспоминаниям, и пошли по синей ковровой дорожке к столу Директората, чтобы отметиться о прибытии.

За столом, кроме Грюма, Робартса, Шеклболта и других преподавателей Школы, сидело несколько учителей Хогвартса: равнодушно-холодный Снейп; мадам Хуч, разглядывающая всех входящих своим фирменным острым взглядом (и весело подмигнувшая племяннице, как только Грейс приблизилась к столу); профессор Трелони, которая, по всей видимости, находилась далеко в астрале в тот момент; мистер Флитвик, мирно беседующий с незнакомым Тонкс мужчиной болезненного вида; Минерва МакГоннагал – вся такая прямая и строгая, и, конечно же, неизменный Альбус Дамблдор, улыбнувшийся в бороду, когда Тонкс, проходя мимо, запнулась на ровном месте. Девушка чудом удержала равновесие, покраснела до кончиков волос, но тоже улыбнулась в ответ директору и, вернув прическе исходный цвет воронова крыла в тон платью, пошла дальше, к сидящей с края стола работнице Министерства Гестии Джонс, регистрировавшей прибывающих выпускников и гостей и итогово проверяющей их на наличие темных заклятий и Скрывающих чар.

- Тонкс, Нимфадора, - назвалась девушка, улыбаясь Гестии: они были знакомы со дня поступления Тонкс в Школу авроров, но правила требовали представиться. Гестия ответила на улыбку теплым взглядом и несколькими проверочными заклинаниями.

Через минуту, когда Грейс тоже была идентифицирована, девушки отошли от стола к ряду высоких стульев, стоящих у стены. Над каждым висело начертанное серебром в воздухе имя выпускника, некоторые места были уже заняты однокурсниками девушек. Тонкс вздохнула, когда поняла, что они с Грейс сидят на разных концах ряда, но уверенным шагом направилась к своему стулу. На расстоянии пяти мест от нее сидели Деррек и Линдси, они мило помахали Тонкс ручками и вновь вернулись к прерванному воркованию. Девушка вздохнула, мысленно обругав всех влюбленных, большей частью из-за Люка со Стеллой, которые начали встречаться совсем недавно и действительно не пришли-таки на бал (Тонкс не теряла надежды до последнего), а потом от нечего делать стала разглядывать лица преподавателей. Уже в следующем месяце Тонкс собиралась приступить к новой работе, и она была уверена, что с большинством здесь присутствующих увидится очень нескоро. Взгляд ее скользнул по всем сидящим за учительским столом и остановился на том самом мужчине болезненного вида, беседующем с Флитвиком.

Что-то во внешности и движениях незнакомца показалось ей уже виденным когда-то. Ощущение дежавю усилилось, когда мужчина, не замечая наблюдательницы, тыльной стороной ладони потер щеку, а точнее пару шрамов на ней, на первый взгляд, совсем свежих.

«Не три, заразу занесешь!..»

Воспоминание ускользало. Тонкс прищурилась, попытавшись представить незнакомца безусым и помоложе: он явно был кем-то из ее знакомых, но за годы учебы они совершенно точно не встречались.

«Луни, кому говорят! Мадам Помпфри в Хогвартсе и не спасет тебя от раздутой физиономии! Хватит лицо ковырять!» - возмущенный ломающийся басок.
«Ну, чешется же…»
«Значит, заживает!» - назидательный голос, приподнятый вверх указательный палец.
«Да, вам хорошо говорить…» - жалобно и досадливо.

Тонкс покачала головой. Обрывки разговоров крутились совсем близко от границы уверенности и точного знания, но пересекать ее не спешили. А когда незнакомец, наконец, почувствовав на себе взгляд девушки, обернулся и посмотрел Тонкс в глаза, - она вспомнила.

« - … Где мелкая? Эй, Дора, ну-ка лети сюда! Любимый дядюшка пришел! И друзей своих привел!
- Сири-у-у-ус!! – визг на всю прихожую.
- Так, знакомимся, знакомимся!.. Мелкая, это Джеймс, Ремус и Питер, но можешь звать их Сохатый, Лунатик и Хвост… Ребята, это мелкая!
- Привет, мелкая!
- Сириус, дорогой, можно при ребенке не использовать ваши милые прозвища и не звать Нимфадору мелкой?
- Мама! Я не Нимфадора!! – волосы становятся ярко-рыжими с красными пятнами.
- Энди, спокойно! Мелкая, спокойно! Все дружно успокоились! – хохот парней. – Энди, не ругайся, а лучше покорми нас. Мы голодные, как стая волков, да, Луни?
- Сириус, не стоит об этом… - мягкая просьба.
- Ладно, Лунатик, расслабься… Андромеда, нет, ну как же у тебя тут здорово! Не думал, что в маггловском районе можно так мило устроиться. Поди что, и елку без магии украшала, а?
- Я украшала! Я украшала!
- Да, да, мелкая, куда же без тебя! Какой урон в этом году, Энди?
- О, гораздо меньший, всего двенадцать шаров вдребезги. Нимфадора очень старалась...
- Я не Нимфадора, мама!..»

Тонкс расплылась в улыбке, не сводя взгляда с мужчины и пытаясь не рассмеяться в голос от осознания, что за столом в Большом зале Хогвартса сейчас сидит Ремус-Лунатик, один из друзей ее дядюшки Сириуса и герой детских грез.

Мужчина нерешительно улыбнулся в ответ и, вновь повернувшись к Флитвику, спросил его о чем-то, бросая быстрый взгляд на метаморфиню. Тот тоже посмотрел на девушку и сказал Ремусу: «Нимфадора Тонкс» (она прочитала ответ по губам), а потом добавил что-то еще, но мужчина уже тепло улыбался, видимо, узнав в выпускнице Школы авроров племянницу друга детства. Тонкс от восторга сменила цвет волос на розовый, чем вызвала добрый смех и кивок приветствия от Ремуса. Девушка помахала ему рукой, совсем не чувствуя неловкости или смущения от того, что ее жесты могут заметить сокурсники или преподаватели: думать о чужом мнении совершенно не хотелось.

А теплые карие глаза все смотрели на девушку, даря ощущение спокойствия и умиротворенности…

Глава 4.

Теплые карие глаза иногда посматривали на девушку, даря ощущение спокойствия и умиротворенности.

Заседание Ордена Феникса длилось уже второй час. Первые тридцать минут ушли на знакомство незнакомых, следующие – на улаживание конфликтов между конфликтующими, и вот, наконец, все сидящие за столом затихли и приготовились выслушать официальное заявление Альбуса Дамблдора о том, что уже было известно Тонкс по меньшей мере месяц. Весть о возвращении Темного Лорда облетела аврорат со скоростью «Нимбуса-2000». Кто-то отнесся к новости скептически, кто-то полез в иностранные газеты, присматривая недорогую недвижимость за границей. А почти два десятка человек однажды июльским вечером уселись за длинным столом в кухне дома № 12 на площади Гриммо в Лондоне для обсуждения дальнейшего плана действия неравнодушной к скверному известию части магического сообщества.

- Альбус, - спокойный голос, поднятая рука. - Предлагаю не начинать, пока не появятся Артур и Сириус.
- Хорошо, Ремус, - кивок головы, взгляд поверх очков. – К тому же, боюсь, нам не избежать еще одной дискуссии на тему «Что-здесь-делает-мистер-Снейп»… - расстроенный вздох.
- Альбус, вряд ли этот… - искривленное презрением лицо, - …человек снизойдет до упоминания моего имени.
- Северус, не начинай, прошу… - обеспокоенный взгляд Молли Уизли в сторону сыновей; Чарли сидит все еще нахмуренный.
- Давайте не будем вести себя, как дети, - в десятый раз произнесенное МакГоннагал.
- Минерва, мы уже слышали это, - спокойно-настойчивое от Кингсли.
- Повторение – мать учения, Шеклболт, знаешь такую маггловскую поговорку?

Тонкс сидела за столом вместе со всеми. Напротив нее устроился Ремус Люпин, а рядом разместились Грозный Глаз Грюм и Гестия Джонс. Девушка, не смотря на несколько напряженную обстановку, почти наслаждалась происходящим: она находилась в штаб-квартире секретной организации в компании с опытнейшими магами Светлой стороны, среди друзей и наставников. Сидящий напротив человек относился к категории друзей – после выпускного бала Школы авроров.

« - Можно вас пригласить, мисс Тонкс?..
- Просто Тонкс, если не возражаете.
- Главное – не Нимфадора, да?
- Верно. Только не пугайтесь, если я наступлю вам на ногу!
- Да ничего, я сам вам наступлю. Не танцевал лет двести.
- Хи, неплохо вы сохранились, Ремус… Ой, простите, мистер Люпин…
- Просто Ремус. И может, будем на «ты»? Я все-таки видел вас… тебя… в незапамятные времена: ты была тогда пониже ростом, в розовых пушистых носках и костюме Санты. Ах да, и со стремительно-бесконтрольно меняющими цвет волосами!
- О нет, не вспоминай!.. Мда, как-то непривычно говорить «ты» тому, кого в детстве так уваж… боготвор… считала кум… Ну, то есть… В смысле…
- Много воды с тех пор утекло, Тонкс.
- Да, конечно... Меня вот берут на работу в аврорат!
- Отлично! А я тоже устроился в Министерство. Не знаю, правда, надолго ли. В Хогвартсе протянул год.
- Защиту, наверно, вели?.. то есть, вел? Да?
- Веришь в проклятие?
- Это неоспоримый факт, хихи!
- Да, но кто знает… Может, это проклятие должности, а может, мое собственное. Надеюсь, профессор Грюм будет удачливей.
- Аластор? О, будь уверен! Проклятье падет от одного его присутствия в Хогвартсе!.. Ой, прости, я предупреждала… Я неуклюжая – просто страх…
- Ничего, я тебе еще за этот вечер не раз отомщу, Тонкс.
- А я вовсе не против!..»

В коридоре послышались шаги. Тонкс оторвалась от тайного, из-под густой челки, созерцания мужчины напротив и скосила взгляд на дверь. На пороге нарисовались Артур Уизли и Сириус Блэк.

- Всем привет, - буркнул Сириус, быстро проходя в кухню, по пути бросая взгляд на присутствующих и усаживаясь на максимальном отдалении от Северуса Снейпа: было заметно, что Артур провел с магом предварительную разъяснительную работу на тему «тут-все-свои-и-не-надо-ни-на-кого-кидаться».

- Привет, - шепнула и расплылась в улыбке Тонкс, привлекая внимание дяди приподнятой над столом ладонью. Мужчина чуть пренебрежительно смерил взглядом «незнакомку», но вдруг застыл и всмотрелся в черты лица девушки. Она хихикнула и переглянулась с Ремусом. Тот улыбался, наблюдая, как Тонкс непринужденно укорачивает свои волосы, окрашивая их в зеленый.

- Мелкая! Не верю глазам своим! – наконец воскликнул Сириус на всю кухню. – Ты слегка изменилась… за пятнадцать лет, что я тебя не видел.

Тонкс недовольно скрестила перед собой руки:

- Определение «мелкая» уже точно не подходит. Зови меня просто - Тонкс!..

- Так, потом будете приветами обмениваться, - Грюм грозно зыркнул волшебным глазом сначала на племянницу, затем на дядю. – Альбус, мы готовы.

Директор Хогвартса облокотился на стол, чтобы лучше видеть сидящих, секунду помедлил и произнес:

- Всем нам известно, что в июне случилось непоправимое… Точнее, - сложно поправимое. Волдеморт восстал из небытия и собирает своих сторонников. Темная метка призывает Пожирателей смерти на службу…

Дамблдор говорил довольно долго: его никто не перебивал, словно уговорившись один раз услышать плохие вести целиком, чтобы потом к ним в обсуждениях возвращаться как можно реже. Тонкс от волнения закусила прядку волос и отпустила ее только после предупреждающего тычка Грюма. Девушка нервно обернулась к начальнику, краем глаза заметив ухмылку Сириуса. От добродушно-снисходительного вида дяди и привычно-мрачного выражения лица любимого учителя девушка приободрилась и далее слушала Дамблдора с долей философского спокойствия.

- …И вот теперь Гарри находится в еще большей опасности, чем прежде. Пока Министерство притворяется слепым и глухим, до защиты мальчика никому и дела нет. Поэтому первоочередной задачей я считаю переправку Гарри до начала учебного года сюда, в штаб-квартиру Ордена Феникса. Раз уж все семейство Уизли и мисс Грейнджер уже здесь, то и Гарри под присмотром членов Ордена будет чувствовать себя гораздо лучше.

- Всеми лапами «за»! – небрежно приподнял руку Сириус. Снейп презрительно хмыкнул, но промолчал.

- Когда будем переправлять Гарри? – встрепенулась Тонкс, переводя взгляд с Дамблдора на Сириуса. Сидящая рядом с ней Гестия подавила смешок.

- Детка, дай взрослым поговорить, - отмахнулся Сириус, не замечая, как стремительно краснеет племянница.  – Альбус, я думаю, что если мы все…

- Сириус, - стальным голосом перебил его Кингсли. - Тонкс не заслужила такого обращения. Она лучшая выпускница Школы авроров прошлого года. Думаешь, она сидела бы здесь, если бы Альбус не считал ее силы и опыт достаточными для борьбы Сам-знаешь-с-кем?

Сириус как будто бы стушевался и поджал губы, оставив риторический вопрос без ответа.

- Верно, друг мой, - кивнул Альбус, пряча в усах усмешку, и посмотрел на девушку. – Тонкс, мы перевезем Гарри из Литтл-Уингинга в конце августа… если ничего не случится до этого… В доме дяди и тети он в относительной безопасности.

Багровая от смущения Тонкс промычала нечто невразумительное в ответ и уткнулась носом в стол, заново отращивая длиннющую челку.

- Кстати, Альбус, о переправке Гарри, - спас девушку и Сириуса от излишнего внимания Люпин. – Ему еще по возрасту нельзя аппарировать, а каминная сеть – под контролем министерства. Как ты предлагаешь добраться до Лондона от дома Дурслей?

- По старинке, Ремус. На метлах. Думаю, нужно шесть-семь добровольцев для сопровождения мальчика, а также пара человек для его охраны до отправления.

- С вашего разрешения, директор, - заискивающе произнес Наземникус Флетчер. – Мне бы хотелось…

- О, похвальная инициатива, Наземникус! Будешь охранять Гарри на месте, – не дав ему закончить, торжественно воздел руки Дамблдор. – Кто еще желает?

- Э-э-э… - судя по ошалелому виду Флетчера, его фраза произносилась совсем на другую тему. Но перечить Дамблдору маг не стал, видимо, предпочтя замолкнуть и не высовываться, чтобы не получить в нагрузку дополнительных обязанностей.

- Я и так все эти годы присматриваю за Гарри, сэр, - скрипуче сказала Арабелла Фигг, старушка-сквибб, с которой Тонкс познакомилась только час назад. – Мне не сложно будет продолжать заниматься делом и дальше, - с этими словами женщина бросила осуждающий взгляд на Наземникуса, сидевшего тише воды, ниже травы.

- За Гарри полетят авроры, Альбус, - беспрекословным тоном высказал Грюм. – Никому другому я не доверил бы перевозить мальчугана.

Тонкс с надеждой посмотрела на учителя, тот небрежно кивнул ей, словно подтверждая, что ее участие в команде утверждено без комментариев. Девушка тут же выпрямилась и расцвела.

- С твоего разрешения, Грозный Глаз, я составлю вам компанию, - вдруг вызвался Люпин, переглянувшись с Сириусом и бросив взгляд на Тонкс.

Грюм хмыкнул, но молчаливо согласился с предложением бывшего профессора по ЗОТИ. Прическа Тонкс от восторга хозяйки начала трансформироваться во что-то бессмысленно-дикое, но Грюм наградил ученицу еще одним вразумляющим тычком в бок, и девушка взяла себя в руки, сообразив вполне приличное розовое «каре», чем в очередной раз вызвала улыбку сидящего напротив мужчины.

- Тебе идет, оставь так, - шепнул он, подмигивая тающей от радости девушке.

- Ну что ж, вопрос с Гарри решен. Аластор, ты ответственен за организацию отряда и перевозку мальчика. Связь будем держать через зачарованные галеоны, их все получили на входе, - произнес Дамблдор, поднялся из-за стола, помолчал с минуту и добавил:

– Друзья! Грядут трудные времена. Встретим их достойно.

С этими словами Дамблдор еще раз окинул пронзительным взглядом всех присутствующих и аппарировал. Вслед за ним начали прощаться и исчезать другие члены Ордена. Через пять минут на кухне остались только семейство Уизли, Сириус, Ремус, Тонкс и Кингсли. Последний еще со времен преподавания в Школе авроров предпочитал пользоваться не чарами аппарации, а маггловским метрополитеном, объясняя это тем, что его успокаивает неторопливая езда в поезде.

- Ремус, Кингсли, Тонкс, останетесь на ужин? – участливо спросила Молли.

- Пожалуй, да, - пожал плечами Люпин, посмотрев на друга, который тем временем приблизился к племяннице.

- Я тоже, - сразу же отозвалась девушка.

- А я прошу прощения – дела, - чуть склонил голову в прощальном поклоне Кингсли.

- Ты же теперь зам. маггловского премьера, да? – чуть насмешливо покосился на него Сириус. – Весь деловой такой?

Кингсли, не обращая на него внимания, молча кивнул дамам и вышел.

- Бродяга, ты не в настроении? – поинтересовался Люпин, с любопытством разглядывая друга.

- Снейп раздражает хуже мандрагоры... А Кингсли обязательно нужно было придраться на собрании… - нахмурился Сириус, пиная ногой шкаф, за что получил шлепок свернутым полотенцем от Молли. – Эй! Я у себя дома!

- Ты – у меня на кухне, дорогой! Веди себя прилично!

Тонкс прыснула со смеху. Ремус с добродушной улыбкой покачал головой. Сириус посмотрел на них, не выдержал и тоже усмехнулся, хитро сверкнув при этом глазами.

- А ты что ржешь, мелкая? Ах да, забыл, тебя же нельзя звать мелкой… Да, Нимфадо-ора?

Сжавшиеся кулачки девушки свидетельствовали о том, что колкость попала в цель.

- Не называй! Меня! Нимфадорой!

-В последний раз, Тонкс! – шутливо приподнял руки вверх Сириус, разразившись, наконец, искренним смехом.

Глава 5.

- В последний раз, Тонкс! Прошу! Отступись!
- Нет!
- Дора! Твой единственный шанс - сейчас!
- Нет!
- Дороги назад не будет, глупая!
- Нет!
- Дора, у нас с тобой разница тринадцать лет…
- Ну, не сто тринадцать же.
- Я оборотень!
- А я – метаморф!
- Я беден!
- Можно подумать, я – богата!
- Вот дурочка…
- Знаю.

- Я люблю тебя, Дора.
- И я тебя. Безумно…

Тот день не запомнился Тонкс ровным счетом ничем. Она так же, как и неделю до этого, просидела дома, развлекая беседой отца с матерью: Тонкс и Ремус договорились, что некоторый период до женитьбы они проведут с родственниками (Люпину их милосердно заменяло семейство Уизли). Так как свадьба предполагалась тайная, никому из родных и друзей о ней сообщено не было. В курсе точной даты оставались лишь Грюм и Кингсли, которые, все еще являясь сотрудниками Министерства, выполняли роли свидетеля и магического регистратора на скромном торжестве. Тонкс изнывала от вынужденного безделья и скуки, но в то же время, зная, что после свадьбы, по всей вероятности, у нее совершенно не будет возможности частого общения с родителями, уже который день поражала Андромеду и Тэда удивительно возросшей разговорчивостью – и заодно нервозностью…

***

- …Мам! Ты не знаешь, куда пропали мои белые кроссовки? – громко поинтересовалась Тонкс, распахивая дверцы платяного шкафа в своей комнате.

Андромеда показалась в дверном проеме, окидывая строгим взглядом привычный для Тонкс беспорядок.

- Понятия не имею, куда деваются вещи в твоей комнате. Трансфигурируй в белый цвет другую обувь.

- Ага, делать мне нечего. У меня же есть белые кроссовки, я хочу найти именно их.

- Кстати, о делах. Пока ищешь, подумай о планах на завтра. Думаю, это ненормально – не выходить из дома целую неделю. Хоть бы с подругами связалась, что ли…

- Мам, то тебе не нравится, что я месяцами где-то пропадаю, то – что дома сижу несколько дней. Ты уж определись. Ну, где они могут быть, а? – Тонкс в отчаянии подняла Левиосой ворох одежды, валявшейся на нижней полке в шкафу, обнаружив при этом в дальнем углу мамину шляпку, уже лет шесть или семь считавшуюся безвозвратно утерянной, и розовые носки, которые носила в детстве.

- Дорогая, я не могу смотреть на эту кучу. Если что – я в гостиной. Спускайся ужинать, - сказала Андромеда, кажется, не обратив внимания ни на шляпку, ни на носки, и аппарировала.

- Ладно… - проворчала Тонкс, заталкивая одежду обратно уже вручную.

А планы на завтра у нее были совершенно определенные...

***

- Мам, давно хотела тебя спросить, - как можно непринужденнее протянула Тонкс, сидя за обеденным столом и без энтузиазма запихивая в себя овощное рагу. – Чем ты занималась в последний день перед свадьбой?

- Гладила парадную мантию Тэда, - флегматично отозвалась Андромеда, сидящая рядом. Отец Тонкс еще не вернулся с работы, и мать с дочерью ужинали без него.

- О, как интересно! Что – весь день гладила?

- Дора, неужели ты думаешь, мне было нечем заняться перед свадьбой?

«Мне же нечем…» - с досадой подумала девушка, откидываясь на спинку стула и качаясь на задних ножках.

- … Я помогала тетушке Тэда, Корделии, готовить праздничный обед, а также навещала отчий дом, чтобы забрать некоторые свои вещи, пока Друэлла и Беллатрикс были в отлучке, - на этих словах губы Андромеды непроизвольно дрогнули в презрительной усмешке.

- Кстати, про отчий дом. Раз уж ты заговорила… А вот Нарцисса… Вы же всегда дружили, почему ты с ней не общаешься? – отвлеклась от скучных мыслей Тонкс,  заинтересованно глядя на мать. – Она тоже была против того, чтобы ты вышла за папу?

- Нарцисса – особый случай, - хмыкнула Андромеда. – Она, может, и не была против, но к тому времени Цисси уже встречалась с Малфоем. И сестра, вышедшая замуж за грязнокровку, не украшала ее репутацию.

- Но это же предательство! – воскликнула Тонкс, слишком резко опуская на стол ложку. Андромеда вздрогнула от громкого удара металла об дерево и недовольно посмотрела на дочь:

- Нимфадора, во-первых, поосторожней со столовыми приборами, а во-вторых – не шатай стул! Упадешь!

- Я не Нимфадора, мама! – возмутилась Тонкс и нечаянно качнулась назад – чересчур сильно. Схватившись за скатерть в надежде удержаться, она обрушила на себя все, что стояло на столе, и все равно полетела на пол, опрокинув-таки несчастный стул.

Андромеда понеслась на кухню за волшебной палочкой, а Тонкс, постанывая, уселась на ковер, осматривая себя и окружающие вещи на предмет повреждений.

- Вот достанется же кому-то сокровище, - сквозь стиснутые зубы прошептала возвратившаяся Андромеда, несколькими взмахами палочки устраняя погром.

- Ну и достанется… - пробурчала Тонкс, потирая ушибленный локоть. – Вам же с папой легче, урона меньше в доме. Ни за кем не надо будет убирать разбитые цветочные горшки и зашивать рваные занавески…

Андромеда опустила палочку и внимательно посмотрела на дочь.

- Дорогая, - вдруг сказала она неожиданно мягко. – Пойми, я желаю тебе счастья. Ты уже не ребенок, я знаю. Но ты у нас одна. Я всю жизнь пытаюсь уберечь тебя от последствий твоей бесшабашности и рассеянности, но ты умудряешься находить лужи даже в солнечную погоду. Я просто боюсь… боюсь, что однажды горячность приведет тебя на смерть. Сейчас непростые времена…

- Ма-ам, - протянула Тонкс, поднимаясь с пола. – Ну, не переживай ты. Все будет хорошо. Гарантирую, ты еще своих внуков нянчить будешь.

- Так-так… - приподняла одну бровь Андромеда, возвращаясь к прежнему тону. – Сначала вопрос про свадьбу, теперь фраза про внуков… Уж не появился ли у тебя ухажер?

Тонкс вспыхнула, повернулась к стене, будто бы отряхивая джинсы, и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

- Возможно… - еле слышно проговорила она.

- И кто он? Я его знаю? – с подозрением скрестила на груди руки Андромеда, сурово взирая на дочь. – Из Хогвартса? Или из Аврорской школы?

- Ну… нет… Он – из Ордена, - промямлила Тонкс, боясь встречаться взглядом с матерью.

- Имя, Нимфадора, назови мне имя, - непререкаемым голосом попросила Андромеда. Тонкс от волнения даже забыла огрызнуться на «Нимфадору», пару секунд подумала, решаясь, быстро прошептала:

- Ремуслюпин! – и отвернулась, зажмурившись и ожидая реакции матери. Все зависело от того, было ли известно Андромеде о «пушистой проблеме» возлюбленного Тонкс.

- Хммм… - задумалась Андромеда. – Я его помню. Друг Сириуса. Детка, но он… не староват для тебя?

Тонкс с облегчением выдохнула и с почти легкой душой взглянула матери в глаза:

- Ремус и я любим друг друга. Мне неважно, сколько ему лет. Он – лучший человек на Земле, понимаешь?

- Ну уж нет!

От этих слов Тонкс передернуло, и она испуганно нахмурилась, глядя на мать. Но у той в глазах плясали смешинки:

- Я-то ведь абсолютно уверена, что лучший человек на Земле – твой отец!

Тонкс хихикнула раз, другой, а через секунду мать и дочь совершенно искренне смеялись: Тонкс – от облегчения, что родители до свадьбы не узнают, что она выходит замуж за оборотня, а Андромеда – от радости, что у дочери появился, наконец, мужчина, хоть и небогатый, но интеллигентный и обходительный.

На таком повышенном эмоциональном фоне и застал беседу Тэд Тонкс, вернувшийся с работы чуть раньше обычного. Оставив родителей смаковать новость, Тонкс поднялась в свою комнату, чтобы закончить-таки приготовление свадебного наряда, состоящего, по ее мнению, из белых джинсов, белых кроссовок, белой рубашки и белой мантии. Впрочем, кроме кроссовок, девушка в своем шкафу вообще не имела ничего белого, так как светлые вещи по умолчанию превращались на ней в серо-буро-малиновые спустя полчаса носки. Поэтому остаток вечера ей предстояло посвятить обесцвечиванию имеющегося добра других оттенков.

За этим занятием и застал ее Ремус Люпин, голова которого неожиданно появилась в зеленых языках пламени от летучего пороха.

- Эй, Дора, - мягко окликнул он невесту. – Не спишь еще?

Тонкс вприпрыжку бросилась к камину, по пути запнувшись о груду вытащенной из шкафа одежды, и чуть не упала, вызвав добродушно-снисходительный взгляд Ремуса.

- Нет, Рэм! Вот, свадебный наряд себе соображаю! – она радостно улыбнулась, присаживаясь у камина прямо на пол.

- Ой, я же, вроде как, не должен видеть платье до церемонии? – шутливо-испуганно взметнул брови Ремус.

- Платье? – скривилась Тонкс. – А кто говорит о платье? На этот счет не волнуйся, платья ты не увидишь.

- Ладно. Я просто хотел предупредить, что буду ждать тебя у дверей дома завтра в девять часов утра.

- Отлично! Буду готова! – улыбнулась Тонкс.

С минуту они просто молчали, любуясь друг другом.

- Просто не верится… - наконец произнес Люпин. – Уже завтра…

- Скорей бы… - мечтательно протянула Тонкс. – А я… маме про нас сказала. И она не против тебя, не думай! – девушка поспешила успокоить насторожившегося мужчину. – Правда, про то, что ты… ну, ты понимаешь… я умолчала, но в целом, на мой взгляд, ты ей нравишься.

- И про свадьбу сказала? – прищурил глаза Ремус.

- Нет, про свадьбу ей пока рано знать, - решительно мотнула головой девушка. – Пусть привыкнет сначала к мысли, что у меня есть любимый человек.

Ремус чуть печально улыбнулся и ничего не ответил. Фаза споров у него уже прошла, чему Тонкс была несказанно рада, и теперь, если Рэм с чем-то не соглашался, он просто не начинал спорить и умолкал. Сейчас, как поняла девушка, Ремус размышлял о том, что неплохо было бы поставить родителей Тонкс в известность о том, что он оборотень, и о том, что их дочь завтра выходит за него замуж. Но восторженные глаза Тонкс ясно говорили ему, что переубеждать девушку бесполезно.

- Ладно, Дора. Я пойду. До завтра… Отдыхай… - Люпин еще раз окинул теплым взглядом сидящую перед ним девушку, улыбнулся, увидев, как она вскидывает ладонь, прощаясь, и удалился. Изумрудное пламя погасло.

- До завтра, Рэм… - прошептала Тонкс, закрывая глаза и ложась на ковер. Что-то в груде одежды под ее головой мешало принять удобное положение. Тонкс недовольно засунула руку под тряпки и с удивлением вытащила на свет пару белых кроссовок.

- Это надо же было их туда запихать!.. - протянула она, ставя кроссовки рядом с собой и укладываясь обратно. – А уж найти их – тем более было нереально. Вот это я везунчик… - с этой мыслью и со счастливой улыбкой на губах она заснула.

***

- Вот это я везунчик!.. – такими словами встретил Люпин свою невесту, выходящую из родительского дома. К белой длиннополой мантии с серебристым узором Тонкс придумала совсем светлые волосы и серые глаза. Пока Ремус с восхищением разглядывал ее, Тонкс, потянувшись к его лицу, поцеловала жениха и спросила:

- Ты готов?

- А ты? – с шутливым вызовом парировал он, потом взял Тонкс за ладонь, и они отправились к калитке. Солнце ярко светило, обещая прекрасный ясный день.

Это было утро новой жизни Ремуса Люпина и Нимфадоры Тонкс…

***

- Нимфадора, дверь!

Тонкс рассмеялась, вернулась по садовой дорожке к выходу из дома и захлопнула за собой дверь.

0


Вы здесь » Тёмный Переулок » "Переулки Закулисья" » Пять дней из жизни Тонкс||джен, гет, романтика||PG||НТ/РЛ||миди